Успение Пресвятой Богородицы


Успение Божией Матери напоминает о материнстве… как подвиге мирового масштаба. Хоть, слово Успение предполагает смерть, не хочется говорить о трагедии. Лучше — о подвиге! Трагедия материнства — в не физической, а в духовной смерти. Материнская трагедия – не понимание материнства при жизни. Но если материнство есть, если оно понято, принято, если оно отдало себя детям, то смерть – лишь ступенька подвига. Печальная, грустная, но… естественная (хоть выглядит не справедливо). А если подвиг материнства совмещен с религией, то смерть совсем в нем половинчата, ибо умерший остается жить навечно. Это и есть Успение!

Церковь считает Успение редчайшим случаем смерти — переходом на Небо души вместе с телом. Таких смертей, зафиксированных библейской историей, единицы: праотец Енох, пророк Илия, апостол Иоанн Богослов умерли, не оставив тел земле. Все это выглядит полноправным чудом: отрицанием биологических, химических, физических законов. Но Успение Божией Матери – полноценней всех! С Успением мир теряет (приобретая тут же) нечто большее, чем просто тела святых. В Успении мир теряет (навеки обретая) душу, больше всех постигшую неземную высоту чувств и потому дерзнувшего на звание новой и совершенной Евы — Матери всего человечества (как называли Богородицу святые отцы).
Если Ева не сумела в земном Раю реализовать себя счастливой и мудрой матерью человечества, то Богородица достигла большего на обычной земле! Ева внесла в жизнь наследников разрыв с Богом, потерю наследства, грех, горе, вероломство и смерть. Богородица – вернула в мир Бога, а с Ним — веру, надежду и, обязательно, любовь. Ведь любовь – главное свойство Бога и именно в ней преуспела Дева Мария. В любви Она уподобилась Богу более всего. Если Бог – Отец Небесный, то Она – Матерь человеческая, дерзнувшего молиться за всех: даже за кого никто не молился.
Материнство не просто опека, оно опекает ребенка высочайшим добром. Современные проблемы материнства — в желании добра ребенку, превышающем добро, которым может делиться родитель. Мы считает, что родители должны сперва кормить и одевать, тогда как должны от природы, от Бога родители даются, так сказать, одевать и кормить добром!
Почти каждое Успение, поэтому я вспоминаю свою маму, ее материнский подвиг и наши (как у многих) не простые отношения в течении его. Не подумайте плохого: мы ни когда не конфликтовали, и я старался хотя бы внешне выглядеть благодарным. Но, как и в случае с Богородицей – матерью всего человечества – нельзя назвать нас – человек – дозревшими вполне до благодарности. И потому, до нее не дозревший вполне, я просто боюсь представить, что мамы не станет, и я не успею отблагодарить ее сполна. Благо, в нашем странном мире (где смерть выбирает порой не возрасту) есть вещи из мира иного – вера, надежда, любовь. Весь недостаток благодарности стараешься восполнить только ими: молитвенной надеждой за родных пред Богом. Тогда недосказанное добро слов может перейти в молитвенную просьбу о том, кому не досказал добра.
С родными вообще не просто: чем более они родны, близки, тем больше беспокоишься. О том, кто долго выглядел святым, кто был наставником, распространителем добра и вдруг стал так же хрупок в этом мире, беспокоишься особо. Поскольку родители в детстве учили, врачевали и выручали нас добром, а потом, вдруг оказались беззащитны (и мы должны их врачевать, а, порой, и учить!), то все это видно не зря. Все для того, чтобы в жизни своей человек научился не простому благодарению, но и чувству благоговения, предощущению святости, Бога в этом мире и Той, что став Его человеческой Матерью, оказалась Матерью всех!
Вера, как взгляд на жизнь изнутри, вообще рушит много земных «углов», препонов, тупиков в традиционном земном представлении. Успение – праздник отмечающий это: есть кончина, но нет смерти; есть расставание, но нет расстояний. Смерть родных вызывает процесс воспоминания глобального добра, что в мир принес усопший. Страшно и странно, но… не умри порой родственник и не заметим мы, слепые, всего, что он нам дал. Так и Успение Божией Матери стало отправной точкой почитания Богородицы не одной лишь иерусалимской общиной первых христиан, но и Вселенской Церковью. Теперь те, кто не ждет материнской защиты родных (а сам должен их защищать) и даже те, кто вовсе не знал ее – могут не ощущать себя осиротевшими. С великим мировым материнством всех, с не ушедшей в Успении от нас Божьей и нашей Матерью! С праздником!

Протоиерей Вячеслав Слезкин